Нарастание общественно-политического конфликта в речи посполитой

Известия о подготовке унии и ее прийнятгя всколыхнули украинское общество. В оппозицию к ней сразу же перешли гиисьменникы-полемисты, решительно встали на защиту и развитие национальной культуры, и братства, которые создавали свои школы, свою систему воспитания детей и даже свою науку, чтобы на почве образования объединить православных вокруг идеи защиты родительской веры. Против унии выступило подавляющее большинство шляхты, низшего духовенства и поспильства. Отказались поддержать ее Григорий Балабан и перемышльский епископ Михаил Копистян - ский. Антиунийний движение возглавил Константин Острожский, который предлагал протестантам совместно выступить против правительства и угрожал ему проведением вооруженной акции протеста.

Однако курс правящих кругов Речи Посполитой, направленный на консолидацию ее господствующего положения на основе польской политической доктрины, имел своим непосредственным следствием распространения в сознании традиционной украинской элиты двойного стандарта самоидентификации - по этническому происхождению и по государственной принадлежности, получившее свое выражение в формуле «gente Rutenus , natione Polonus »-« русского рода, польской нации ». Окатоличенную и ополяченная в своем большинстве, украинская шляхта на рубеже средневековья и раннего нового времени практически отказывается от защиты национальных интересов своего народа и переходит на нейтральные к польскому политическому режиму позиции. Тем самым, по мнению И. Крипякевича, во времена, когда «только Привилегированное классы могли свободно развивать национальную жизнь, украинский народ, лишенный своей интеллектуальной элиты, стал неполным, искалеченным организмом ...».

Примечательно, что польские власти не ограничивалась лишь политической нейтрализацией украинского шляхетского сословия. Много усилий прилагалось для ограничения прав православия. Происходило массовое закрытие православных церквей и монастырей, отбирались и передавались униатам их владения. Одновременно по всей Украине сооружались католические костелы и кляштор, которым предоставлялись земельные владения; создавались благоприятные условия для деятельности различных католических орденов. В распространении католицизма на украинские земли особенно большую роль играли иезуиты, которые зьязилися в Польше в 1560 г. Довольно быстро, получив здесь чрезвычайное влияние в высших кругах, они развернули активную миссионерскую деятельность своих учебных заведений - коллегиумов в Вильно, Люблине, Несвиже, Ярославе. В 1608 -1609 гг такие школы появились во Львове, Луцке, Каменец-Подольском. В них учились сотни детей украинской шляхты и мещан, которых умело отвлекали от православной веры. Накануне революции католические культовые сооружения существовали уже в 30 городах Каменец-Подольской епискогпи; ими охватывалось почти 60% городов Галичины. Как утверждал Заступник, уже на Украину что «городок, то костел Былого».

Вместе с тем заметно уменьшался престиж православной церкви, распространялась практика запрета на выполнение святых таинств и обрядов. Учащались случаи принудительного обращения украинского населения в униатство или католичество. При этом, как отмечал Н. Ганновер, господа подвергали православных «тяжелым и горьким мукам, побуждая их перейти к папской веры». Волынская шляхта на сеймике 1646 отмечала, что православная церковь «в католическом христианском королевстве и свободной и свободно Речи Посполитой терпит такого насилия, которого и в языческой неволе х ^ стияны-греки не испытывают». Однако при этом было бы несправедливым н. отметить, что «найгоршое насмивиско и притеснения терпели народ руский вот тех, которыи с русской веры приняли Риме кую веру».

Пресекалось употребление и развитие украинского языка, которая (не без участия властей) вытеснялась по использованию в общественно-политической сфере. Зато, опираясь на всестороннюю поддержку государственных структур и сеть школ, в употребление в кругах украинской шляхты, интеллигенции, зажиточного мещанства и казачества и в литературном творчестве все больше вкоринювалася польский язык.

Создавались препятствия и развитию национального образования. На сегодня уже хорошо известна противодействие властей деятельности братских школ. В частности, в 1633 и 1634 гг. Король отклонил просьбу киевского митрополита Петра Могилы превратить Киевский братский коллегиум в академию, а универсалами 1635 и 1648 наклаз запрет на зикладання в нем ряда предметов. Резко негативную реакцию варшавского двора вызвало открытие в 1634 г. П. Могилой в Брацлавском, Волынском и Киевском воеводствах школ с преподаванием латинского языка и создание сети типографий для печатания написанных латынью книг, что позволяло украинским шире приобщиться к европейской научно-культурного наследия.

Политика польского правительства, направленная на ассимиляцию украинская населения Речи Посполитой, вызвала осуждение в прогрессивных кругах польской общественности. В частности, известный политический деятель и публицист Я. Щенсний-Гербурт в трактате «Мысль о русинский народ» (1610 г.) резко выступил против «притеснений Руси». Через них, отмечал он, русины «стали нам главными врагами», и теперь «они скорее погибнут на войне, сожгут своих женщин и детей ... чем пойдут с нами на согласие ». Одним из первых Щенсний-Гербурт отметил обреченности политического курса, направленного на то, чтобы «на Руси не было Руси». «Это невозможно, - подчеркивал автор, _ как невозможно и то, чтобы здесь возле Самбора было море, а Бескиды были возле Гданьска». В таких условиях приоритетными ценностями в сознании значительной части украинского православного населения становятся защиту веры, «прав и вольностей русского народа». Происходило формирование новых стандартов политического поведения, определяющей в которой становится готовность подняться на вооруженную борьбу против существующей политической системы.

С постепенным восхождением с политической арены украинской шляхты роль репрезентанта национальных интересов украинского социума все увереннее берет на себя казачество. На рубеже XVI-XVII вв. в деятельности этого динамичного, с большими потенциальными возможностями в обществе отчетливо обозначилась новое качество. Войско Запорожское постепенно начинает отказываться от локальных политических акций и сосредоточивает сзою внимание на решении фундаментальных вопросов общественной жизни. Уже волной казацких восстаний 90-х годов, которые были спровоцированы, казалось бы, банальным (как для своего времени) имущественным конфликтом между белоцерковским старостой князем Я. Острожским и старшим реестровиков мелким шляхтичем К. Косинским, рождаются инновации в Украинском протестном движении. В частности, наметился союз между казачеством и православным духовенством. Отдельные симптомы такого сближения довольно четко прослеживаются во время восстания 1593 -1596 гг во главе с Семерия Наливайко. Однако с полной определенностью идея защиты «греческой» религии впервые прозвучала в заявлении казацкой депутации перед киевским гродских судом в 1610 г. С тех пор борьба казаков за справедливое решение религиозных споров (причем их симпатии неизменно оставались на стороне православных) превратилась в одно из основных направлений деятельности Войска Запорожского. Казацкие депутаты неоднократно вмешивались во сейма борьбу между православными и католиками, вносили свои протесты в местные и высшие органы власти Речи Посполитой. Вместе с тем, деятельность Коша Войска Запорожского не ограничивалась только этой формой поддержки православных. В конце 1620 - на начале 1621 г. Войско Запорожское, в лице Петра Сагайдачного, приняло активное участие в политической акции общеукраинского значения - восстановлении деятельности православной иерархии (иерусалимский патриарх Феофан рукоположил митрополита и пять епископов). С тех пор казачество делом своей совести и чести считало борьбу (сейма и вооруженную) за признание королевским правительством прав православных. Это была принципиальная линия Коша, который он (за исключением разве что некоторых пор в 1625-1629 гг.) Придерживался в переговорах с Варшавским двором. Понятно, что указанная сфера деятельности Запорожской Сечи выходила за рамки борьбы представителей различных конфессий. ее непосредственные и отдаленные последствия объективно были направлены (прямо или косвенно) на сохранение культурной самобытности украинского этноса.

Во время восстания 1591 - 1596 рр. запорожское казачество попыталось ввести собственные структуры, в частности юрисдикцию на занятых им украинской территории. Например, в 1595 г. гетман Г. Лобода приказал вызвать к себе в Корсунь на суд за непослушание войтов двух подольских городков. Король в универсале к шляхте подчеркивал тот факт, что низовые казаки «благородного, как и городского сословия людей, к отдаче себя присяги и послушенства заставляют, что есть противно достоинству нашему и покоев посполитому». Очевидно, не случайно в Варшаве появились слухи о намерениях казаков защитить «бедный и угнетенный народ» от произвола польской магнатерии и «учредить новую республику» во главе с «князем» С. Наливайко.

Время интенсивно развивается процесс субъективизации казачества в международных отношениях. Активное участие в борьбе с Крымским ханством и Турцией, походы в Молдавию и Россию способствовали превращению его во влиятельный военно-иолитичний фактор международных отношений в Восточной и Юго-Восточной Европе. Кош Войска Запорожского принимал представителей Австрии, Швеции, Трансильвании, Польше, России, Крымского ханства и других стран. Он заключал международные соглашения, вел переговоры с иностранными дипломатами, поддерживал, когда ему было выгодно, отдельные государства или их коалиции. 1594 Запорожья заключило договор с представителями христианской союза государств - «Священной лиги», который предусматривал совместную борьбу против Османской империи. Тем самым коренным изменен статус Сечи в международных отношениях. С начала 20-х годов XVII века. Войско Запорожское завязали дипломатические отношения с Москвой. В конце 1624 оно заключило первый договор с Крымским ханством, предусматривавший создание военно-политического союза. Не осталось казачество и в стороне событий Тридцатилетней войны 1618 - 1648 гг, охватившей почти все страны Центральной и Западной Европы.

Военная сила запорожцев и самобытная тактика ведения боя (кстати, казаки существенно обогатили арсенал средств военного искусства) были хорошо известны за пределами Украины. Участие казацких полков в отдельных кампаниях (как, например, в Хотинской войне 1621 г.) часто решала судьбу не только того или иного сражения, но и вопросы существования определенного государства.

Появляются также первые проекты создания казацких государственных образований: Левобережного княжества (И. Верещинского) и Бузько - Днестровского гетманства (С. Наливайко). Именно И. Верещинский выдвинул идею организации казачества с полковым административно-территориальному принципу, которая впоследствии стала воплощаться в жизнь.

Рост политической роли казачества в жизни общества совпало с бурным развитием национального сознания, что открывало перед ним качественно новые перспективы в отстаивании «прав и вольностей русского народа». В разных слоев населения формировалось чувство этнической общности, проходила самоидентификация «русинов» собственно как украинский, хотя оставалось употребления относительно населения Украины и Белоруссии дефиниции «руський народ», укреплялось ощущение неразрывности собственного бытия с местом жительства, которое воспринималось как священная земля предков, родной руский край, то есть Родина.

Представители патриотически настроенной шляхты, духовенства и интеллигенции развивали идею непрерывности бытия русского (украинского) народа с княжеских времен, вследствие чего прослеживалась преемственность между князьями и казацкими гетманами. С 20-х годов XVII века. понятия «руський народ» приобретает «терминологической конкретности, обозначая жителей территорий, исторически связанных с Киевским и Галицко - Волынским княжествами княжеской эпохи». Начинается обоснование взгляда на украинском как на отдельный славянский народ православного мира, зарождается и развивается понятие национального отступничества, которое резко осуждалось. Одновременно в среде шляхты начинает утверждаться взгляд на ссбе как на «руский народ политический», равноправный с польским и литовским народами Речи Посполитой, а следовательно формируется стереотип восприятия последней как образованного на договорной основе объединения трех «свободных народов» с полным сохранением прав и свобод русского народа.

В такой атмосфере в начале 20-х гг завершается создание мифа о казачестве как символ славы русского народа, щит христианства против «неверных», который уравнивал украинский с другими народами, утверждал в их сознании «чутье собственной силы, достоинства, уникальности и надежности своего исторического фундамента ». Начиная с 30-х гг, казачество начало воспринимать себя «политическим народом», выразителем и защитником «прав и свобод» «нашей русской нации». В 1632 г. в политической культуре казачества впервые было обосновано идею законности не только отказа Войска Запорожского от признания власти польского монарха, если он не утвердит «присягой права и вольности» украинского социума, но и вооруженного выступления в их защиту. Вместе начала выкристаллизовываться идея самобытности создаваемого им государственного организма, усиливаются его автономистических тенденции, укрепляется стремление добиться от польского правительства признания созданных казачеством национальных властных институтов.

В условиях крайнего обострения социальных, религиозных и этнических противоречий первой четверти XVII в. Войско Запорожское внедряет в Приднепровье собственные самоуправления, суд и судопроизводство, военную организацию и т.д., тем самым распространяя на этот регион свой государственный суверенитет. Одновременно неуклонно расширялась территория казацкой Украине, поскольку покозачених населения средней и восточной частей Киевского и восточной части Брацлавского воеводств внедряло казацкие порядки. По сути, происходило вывода контролируемой казаками территории «из-под государственных воздействий метрополии», не могло не беспокоить политическую элиту Речи Посполитой. Уже в 1613 г. сейм, констатировав, что казаки «не признают нашей власти и самовольно вышли из-под юрисдикции своих господ, избрав себе своих старших и судей, не хотят подвергаться никаким судам, кроме своих атаманских», принял решение ликвидировать казацкую юрисдикцию « как противную общему праву »и подчинить казаков местным органам власти. А в 1625 г. король Сииизмунд III вынужден был признать: «Казаки считают себя отдельной Речью Посполитой. Вся Украина (Брацлавское и Киевское воеводство - Авт.) В их руках, шляхтич несвободный в своем доме. В городах и местечках и. к. м. (его королевской милости - Авт.) все управление, вся власть у казаков, они присваивают юрисдикцию, устанавливают законы ... Мир и войну устанавливают по собственному усмотрению, они нарушают союзы, заключенные Речью Посполитой ». Чрезвычайно важное значение имело начало конце 1625 - начале 1626 организации казачьих полков как военно-территориальных единиц с центрами в Чигирине, Переяславле, Белой Церкви, Корсуни, Ка - неве и Черкассах. В первой половине 30-х гг началось становление Полтавского, Миргородского, Лубенского и Яблонивського полков. Тем самым закладывались основы национального административно - территориального устройства.

Кроме того, на середину XVII в. рельефно очерчиваются слабые стороны в функционировании на украинском зелдлях (особенно в Брацлавском, Волынском, Киевском и Черниговском воеводствах) политической системы Речи Посполитой, ицо составляло потенциальные угрозы ее существованию. Существенными недостатками, гцо заметно влияли на эффективность ее функционирования, были слабость цешральнои власти, прежде королевской; значительная самостоятельность лок; ильних ячеек, «без согласия которых нельзя было осуществлять управление»; нехватка постоянно действующей королевской администрации, своего рода государственной бюрократии, как в центре, так и на местах.

Казалось бы, господствующий режим шляхетской демократии, учитывая наличие традиционных демократических принципов в методах и средствах осуществления политической власти, вовремя видреаиуе на появление новых политических реалий на территории Украины и путем поиска компромиссов найдет механизмы сохранения властно-политической интеграции общества. Однако этого не произошло. Польская политачна элита оказалась неспособной реформировать государственное устройство, политические институты и т.д. Власть сделала ставку на использование исключительно силовых ресурсов, «огнем и мечом» подавляя вспышки недовольства и выступления против нее, прибегая при этом к применению елемеипив этнических чисток. Политика репрессий не решала сложных проблем, а порождала ненависть к существующей политической системы. Как справедливо отмечал М. Грушевский, «все связывалось в Оден бесконечный ряд национ; ильних обид, в Оден образ порабощения" русского народа "Польшей ... Все что пановало и ущемляло, было "Лядское" - происхождением, верой, культурой, духом. Все "русское" было порабощено ». Такое противостояние неизбежно вело к социально-политического взрыва.

методы исследования политологии