Михаил драгоманов

Одним из преподавателей, уволенных с должностей Киевского университета, был молодой профессор Михаил Драгоманов, обративший на себя внимание трудами, которые печатались в журнале "Вестник Европы". В этих статьях он обсуждал отношение украинской общественности к внутренней и внешней политики Российской империи. За то его отстранен от работы в соответствии с приказом самого царя еще в 1875 p., перед провозглашением Эмского Указа. Драгоманову давали вместо профессорства в Киевском университете должность в одном из университетов России, но он отказался.

Киевская "Громада" выслала Драгоманова за границу, чтобы он в Вене, который тогда был важным политическим центром, перестроил украинская ячейка для информирования Западной Европы об украинских делах. Однако в Вене Драгоманов не задержался, а в 1878 г. переехал в Женеву, которая тогда уже была средоточием московских революционеров. Там начал издавать первый современный украинский политический журнал "Общество" и разные другие брошюры западноевропейских языках с информацией об украинских проблемах вообще, а под московской оккупацией частности. Поскольку Драгоманов стал переходить на социалистические позиции, киевская "Громада" в 1886 г. отказалась дальше финансировать его деятельность. Переехав 1889 года до Болгарии, он работал профессором всеобщей истории в Софийском университете. В Софии преждевременно Драгоманов умер 1895

Как политический мыслитель Драгоманов проповедовал федерацию Украины с Москвой, потому что не видел реальных сил, на которые мог бы опереться украинском сепаратизме. В родительском доме он воспитывался под влиянием московских идей, которыми увлекался не только его отец, но и дед. Поэтому он не имел идеи украинской государственности, наоборот, он идею упорно боролся, будучи врагом всякой государственности вообще, а украинский специально.

"Главной характеристикой политических взглядов Драгоманова в его киевском периоде было убеждение о конечность содержаться украинству, и политически и литературно, под одной крышей с русскость, - писал Иван Франко - украинский литература - популярная, для домашнего обихода; все что сверх того, должны украинский , по примеру Гоголя и Костомарова, писать по-русски, наполняя достижениями своего духа общую всероссийскую казну. Те же мысли пробовал Драгоманов распространять и в Галичине, и здесь они встретили решительное сопротивление даже со стороны сторонников Драгоманова, как В. Новицкий. Немного змодификував он те мысли и тогда, когда российские порядки заставили его искать защиты для свободного украинского слова за границей ".

Будучи демократом, Драгоманов верил, что Украина с демократической Россией будет иметь собственную автономию, а тем самым возможность всесторонне развивать свой язык и культуру. Он отрицал любой государственный централизм, считая его порождением российского государственного централизма. Драгоманов выступал за полную децентрализацию России, за демократическую перестройку ее на принципах федерации. Россию он представлял в виде союзных свободных социалистических обществ, которые в свою очередь должны входить в федеративного союза всех славянских народов.

В своих политических трудах Драгоманов называл украинский не иначе, как только южными русскими и, по его мнению, такими они должны быть. "Он пытался даже крепче связать украинский с россиянами борьбой с общим врагом абсолютизмом, а в своих программных очерках, особенно в" Свободной Союзе ", дал образец совсем безнациональной российской федерации, кладя в основу территориальное деление".

Федерализм Драгоманов распространял в своих теориях на сферу политической борьбы и на культуру. Однако, требуя признания права на организацию политических партий по национальному принципу для различных национальностей, он резко выступил против марксистов, забрасывая им оторванность от действительности. Мнения по этому поводу он подробно развил в проекте Всероссийской конституции "Свободная Союз" ("Вольный союз"), поэтому некоторые российские либералы считали Драгоманова по основника первой русской конституционной теории.

Драгоманов имел большое влияние на своих современников - украинский как на Приднепровье, так и в Галиции и Буковине, в частности среди молодежи. Пользуясь более либеральных обстоятельств Австро-Венгрии, в 1870 pp. Драгоманов печатал в Галичине свои антирелигиозные произведения, которыми пидкопував авторитет украинской греко-католической иерархии и духовенства, главного авангарда украинского национального возрождения на украинских землях под Австрией. В разгар своей борьбы с клерикализмом Драгоманов не сумел правильно оценить, какую важную роль видогравала Греко-Католическая Церковь для украинского народа в Галиции.

Драгоманов призвал украинскую интеллигенцию к большей подвижности, чтобы расширить организацию, приобретая влияние на широкие народные массы, особенно на города. Находясь долгие годы вне Украины, Драгоманов понаслышке советовал щадить украинские национальные силы. "Каждый украинский, что покидает Украину, каждая копейка потрачена не на украинское дело, каждое слово сказанное не по-украинская, - предостерегал Драгоманов, - это расход по украинскому мужицкой казны, который до нее никогда не вернется".

Драгоманов был контроверсийной лицом при жизни и такой остался в истории. Некоторые сторонники его теорий считают, что хотя Драгоманов не был на словах сторонником отрыв Украины от России, однако своим трудом сделал для этого отрыв куда больше, чем кто другой. Несмотря на это следует утверждать, что собственно Драгоманов был первым, кто вынес проблему украинства, а в частности преследования украинского языка, на широкую международную арену.

Помимо большого чувства реализма в политической тактике борьбы за автономию, Драгоманов не смог проанализировать проблему до конца и под влиянием учения французского мыслителя Прудона переходил в утопию, когда речь шла о том, как к той демократической федерации можно будет прийти и сама федерация будет существовать. Леон Василевский, польский политик социалистического направления и знаток украинских дел, считал, что "слишком оптимистичен федерализм Драгоманова задержал развитие украинской политической мысли на 50 лет". Правдивость этого предсказания оказалась во времени украинская революции 1917-1918 pp.

международная политика