Культурное возрождение в начале XIX в. В западноукраинских землях

В настоящее время украинский этнос на западноукраинских землях представляло большей частью крестьянство. Оно сохраняло родной язык и этнический характер традиционно-бытовой культуры, проявляло себя и активной общественной силой. Причем карпатский опришковство и многочисленные выступления против панщине повинностей носили вооруженный, антигосударственный характер.

Такими же были и массовые бегства крестьян, и поджоги помещичьих имений,

и крестьянские волнения, не раз вспыхивали с небывалой силой в разных местностях Восточной Галиции, Северной Буковины, Закарпатья. Они подавлялись только с помощью военных частей и специальных карательных отрядов. А уже судебные процессы сельских и городских общин с помещиками, коллективные жалобы в административные органы свидетельствовали не только о тяжелой судьбе народа в Австрийской империи, но и о гибкости системы, которая принимала конституцию и пробовала руководствоваться законом.

Существенным было то, что в процессе борьбы росла и развивалась солидарность трудового крестьянства, как внутри общин, так и между общинами, вырастали сознательные крестьянские вожаки. Особенно страшным был тот дух непокорности, который жил в душе народа. Описывая в конце XVIII - начале XIX в. надднестрянская окраину между реками Стрый и Лимницей на Подкарпатье, польский публицист и этнограф И. Червинский, владелец помещичьего имения в этой местности, с возмущением констатировал, что нет села, где бы не сетовали на якобы «невыносимые притеснения и тяготы», что везде ждут свободы , что «крестьянин рад бы барщину навсегда вычеркнуть из своих обязанностей», что он «всегда главным врагом господина», считает его основным виновником своего позорного и подневольного положения.

Отношение народа к власти находили проявление и в его устной поэтическом творчестве. Вопреки официальной политике, галицкие, буковинские, закарпатские крестьяне своей традиционной культурой и самоназванием "русин", "рус-нак» свидетельствовали чувство духовной связи со всем украинским народом. Этим отрицается утверждение современного польского исследователя Яна Козик о том, что народ Галиции в первой половине XIX в. не имел национального сознания.

Очевидно, что социальная активность и антифеодальная направленность народа влияла на формирование общественного мнения на западноукраинских землях. Понятно, что в украинской знати и церковной греко католической иерархии эти настроения сочувствия не вызвали.

Однако и они не могли не задуматься над тем, что ассимиляция украинский, отрицание самобытности, культуры - это потеря почвы под собственными ногами. Это понимало низовое духовенство, повседневно сталкивалось с простонародья.

Еще слабо исследован процесс роста интереса к народу и его культуры на западноукраинских землях перед «Русской троицей». А уже в конце XVIII в. здесь поднимались вопросы о необходимости образования народным языком. А в 1816 г. в Перемышле возникло общество с целью подготовки книжек для народа образовательного и религиозного содержания. Там же для подготовки сельских учителей в 1818 г. был учрежден благодарностью-учительских школу. Понятно, что этой работе чинили всяческие препятствия официальные власти и особенно ожесточенное сопротивление - помещики.

Они отдавали в рекруты дьяков-учителей, совершали расправу над крестьянами, которые поддерживали школу и посылали к ней своих детей. И. Франко привел документ о том, что помещик преследовал школу, основанную в с. Залучье у Снятина, отдал в солдаты трех дьячков, которые осмелились учить сельскую молодежь читать и писать.

На заинтересованность жизнью народа, его образованием, традиционно-бытовой культурой имели влияние идеи просвещения, наполеоновские войны, польский революционное движение, пропагандируемые романтизмом постулаты народности, интенсивное развертывание народоведческой работы в славянских странах.

Отголоски всех этих событий, идейных тенденций достигал и западноукраинских земель. Это сказалось на характере мышления и деятельности определенной части интеллигенции. Именно на это указывает Я. Головацкий в письме к Осипа Бодянского в ноябре 1844 г. он говорит об обстоятельствах зарождения народоведа движения в Галиции: «Нет гений не пробудил здрималу народность, ни одно тяжелое происшествие не потрясло народом. разве гром, который в соседстве загремив или Пример второй словенских народов прочумав и нас ».

Пример культурного самоутверждения славянских народов послужил, в частности, толчком к научному исследованию украинского языка, написание ее грамматики, составление словарей. Такая работа уже довольно широко разворачивается в 20-х годах XIX в. ее результатом были филологические работы Ивана Могильницкого и огромный, как на то время, шеститомный словарь Ивана Лавровский, чистовую рукопись которого датирован 1826

Польские и австрийские чиновники, с одной стороны, а русские - с другой, считали непригодной к употреблению украинский язык в народных школах, поскольку она, мол, является «необразованним наречием» русского или польского языка. И. Могильницкий в своем трактате «Ведомость о руским языке * с научной аргументацией показал историческую глубину и самобытность украинского языка, его общность для населения всей Украины, пригодность для литературного употребления. В связи с этим ученый рассматривает Восточную Галицию как «знаменитый часть Малой Руси», определяет равноправие украинского языка в семье славянских языков, трактует язык как одну из важнейших признаков народа, указывает на «Бнеиду» И. Котляревского как на вроде «языка русской в землях русских».

Трактат И. Могильницкого был известен в рукописях, его несколько сокращенный вариант напечатано было в 1829 г. в польском переводе. Он имел влияние на формирование национального сознания и народоведческих устремлений молодого поколения западноукраинской интеллигенции. М. Шашкевич еще в 30-х годах требовал добыть из консисторским архивов и издать «Грамматику» И. Могильницкого. И. Франко не случайно назвал И. Могильницкого «первым мужем на Галицкой земле, который пытался развеять господствующую здесь во взгляде па национальное дело египетскую тьму с помощью света науки».

Положительно сказалась в Галиции деятельность Зориан Доленго-Ходаковского, его народоведческие путешествия в этом крае, его знаменитая статья «О Словьянщину перед христианством", напечатанная в Кременце в 1818 г. Высокая оценка им произведений устной народной поэзии способствовала усилению внимания в Галиции к фольклору .

В 1822-1823 pp. на страницах двух выпусков альманаха "Львовский пилигрим" впервые в Галиции были напечатаны подборка украинских и польских песен, статьи о народных песнях, написанные профессором Львовского университета Карлом Гютнером и будущим галицким историком Денис Зубрицкий.

Еще перед выступлением «Русской троицы» отдельные представители западноукраинской интеллигенции обнаружили живой интерес к развитию новой украинской литературы на Приднепровье, к русской литературе и науки, поддерживали личные связи со славянскими деятелями науки и культуры. Приведенные примеры убеждают, что не было таким уж непочатый краем то поле, на которое ступила в начале 30-х годов «Русская троица». Справедливее будет сказать, что причины возникновения ее значительной степени связаны с лучшими предварительным достижениями культурного движения в Галиции. Разворачивая свою деятельность дальше, она поставила ее на широкую основу, обогатила и углубила содержание комплексом важных, актуальных вопросов, и осмыслением их в духе передовой общественно-политической и культурной мысли того времени.

Организатором кружка был М. Шашкевич. Как человек поэтически одаренный, он не был равнодушен к народной поэзии, принес живет интерес к ней и в стены львовской духовной семинарии, в которую вступил в 1829 г. Во Львове он стал одним из участников общего собирательно фольклорного движения 20-30-х годов. Уже в начале пребывания в семинарии М. Шашкевич сблизился со своим ровесником И. Вагилевичем, который принес из родного карпатского села увлечения народнопоэтическим словом.

В 1831 г. в семинарию поступил Я. Головацкий.

«Русская троица» - полулегальное демократически-просветительское и литературное объединение - было создано М. Шашкевич, И. Вагилевич и Я. Головаць угодно. Своей разносторонней деятельностью "Русская троица» осуществила переход от фольклорно-этнографического этапа национального движения к культурнического, сделала первые шаги в направлении политического решения национальных проблем.

Члены «Русской троицы» находились под влиянием идей романтизма, произведений историков, этнографов и литераторов Приднепровской Украины, поэтому стремились поднять дух народный, просветить народ.

Эти и другие факты дают основание видеть возникновения кружка М. Шашкевича и характер его деятельности в контексте с европейским и особенно славянским освободительным движением, идеалами славянской взаимности, национально-культурной самобытности.

Исследователь истории этой организации Р. Кирчив справедливо замечает, что все сделано «Русской троицей" в области этнографии и фольклористики, - это большая и очень существенная часть общеукраинского народоведа доработку И половины XIX в. Не регионального галицкого или западноукраинского, а именно всеукраинского. Так просматривается ее деятельности, цель и сущность самими участниками: «... вот мы все - из-за Бескида, от Тисы, из-за Сяна и по Серета - с братией нашей зад-нипровою составляем одно существо».

В конце 1836 г. в Будапеште увидела свет «Русалка Днестровая» - сборник литературных, фольклорных работ членов «Русской троицы». Это был новаторское произведение и по форме, и по содержанию. Он написан на народном украинском языке, фонетическим правописанием, «гражданськимв шрифтом. Это делало сборник понятным украинскому читателю. Три идеи пронизывают сборник: признание единства украинского народа, разделенного границами разных государств, и призыв к ее обновления; позитивное отношение к общественным движений и прославление народных предводителей восстаний; пропаганда идей собственной государственности и независимости.